ПРЕСТУПЛЕНИЯ НА ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ДЕНЬГИ, ИЛИ ОПЫТ НЕУДАВШЕГОСЯ ЗОМБИ

За все то время, пока нахожусь в обработке, мне представили несколько версий для объяснения происходящего. Это их тактика. Так они путают следы. Но отыскать настоящее в ложном — моя задача. Я знаю, что поверить в реальность того, что я испытываю, трудно. Возможно, я и сама не поверила бы, если бы…

ххх

Было ли с вами когда-нибудь такое: в мыслях вдруг мелькает какое-то слово или короткая фраза, неизвестно откуда взявшиеся? Обычно такие промельки называют внутренним голосом или интуицией, которая, будто бы, что-то подсказывает. Но это не ваша интуиция, не обольщайтесь. Так же, как и неожиданное ощущение тепла под лопаткой — не признак того, что у вас режутся крылья. Все не так радужно и оптимистично, как хотелось бы думать. Все, на самом-то деле, довольно печально, если не сказать жестче.

Сейчас, когда я это пишу, голос — один из тех, которые принято называть внутренними, угрожает мне:

«А он и не думает, что его за это убьют? Просто убьют, и все».

Поясню: «он» — это я. Я женщина, но между ними давно уже решено говорить обо мне в мужском роде и в третьем лице. Они вообще избегают обращаться к нам прямо. Прямота — не их конек. А «им» я стала, вероятно, потому что первое время они называли меня так: Сакрифик Манифик. В переводе с двух разных языков это означает: Жертва Великолепная (или — Жертва Блистательная). Уже не помню, я ли, находясь в состоянии транса, подсказала им такое наименование, или же они придумали его сами.

ххх

Первые пару месяцев «обработки» я почти постоянно находилась в измененном состоянии сознания. В транс меня часто погружали во сне, — то, что происходило в это время, в моей памяти сохранилось не полностью.

Вероятно, дело еще в том, что память они несколько раз пытались мне стереть, — для этого у них есть свои приемы. Но им так и не удалось удалить из моих мыслей представление о том, кто они, и что со мной делают. А делают они абсолютную лажу, потому что ни на что другое не способны. Между прочим, по поводу их «деятельности» я очень точно высказалась еще прежде, чем стала понимать, что происходит.

«У каждого в этой жизни свое предназначение, — написала я им. — У кого-то оно исключительно в том, чтобы срать».

Срать — в глобальном смысле этого слова.

Никогда не разговаривайте с неизвестными

Началось же с того, что однажды неизвестно откуда взявшийся промельк голоса в моей голове оформился в более-менее отчетливую фразу. Я приняла ее за формулировку, выданную моим подсознанием, и даже записала. Знала бы я тогда, какой повод для торжества подала своим заклятым врагам! А они праздновали победу, поскольку моя запись подтверждала: то, чего они добивались почти год, свершилось. ОНИ ПОДКЛЮЧИЛИСЬ К МОЕМУ СОЗНАНИЮ.

Вскоре в мою голову полились помои в виде многосерийного бреда. Я стала регулярно слышать в своем сознании посторонние голоса. И что бы там ни утверждала официальная психиатрия, это не симптом шизофрении. Эти голоса звучат не явно, и все же слышны достаточно четко, чтобы понять: они принадлежат конкретным людям, у каждого из которых — свой характер и своя манера выражаться. Иногда я даже слышала от них словечки, которых прежде в моем лексиконе не было, и мне приходилось смотреть в интернете, что они означают. Например, выражения из слэнга черных магов и им подобных умельцев — «ответка», «заслон» и пр., о которых я не имела никакого представления до нынешних событий.

Когда-то я уже читала в интернете о такой штуке, как подключение к чужому сознанию. Поясню: на самом деле оно не имеет НИКАКОГО отношения ни к телепатии, ни к экстрасенсорике, ни к магии. Подключение к сознанию, жертвой которого я стала, связано только с нейрофизиологией, физикой и компьютерными технологиями.

На сегодня пошел четвертый месяц с тех пор, как я слышу голоса тех, кто ко мне подключен. Они не только говорят, но еще и прослушивают мои мысли, даже случайные. Те, кому принадлежат голоса, могут вполне четко представлять себе и то, что я делаю в тот или иной момент. Сначала я (по слухам, как и другие в подобной ситуации) подозревала, что в моей квартире установлены камеры видеонаблюдения. Но позже выяснилось: дело не в этом.

ххх

Оказывается, теперь есть такая профессия — сводить с ума. К сожалению, это не метафора. Все обстоит именно так: в первой четверти XXI века в России появилась новая разновидность эсэсовцев, которые профессионально сводят людей с ума. У меня нет наследственной склонности ни к шизе, ни к слабоумию. Обе мои бабушки даже в 90 лет сохраняли ясный ум. Я не наркоманка и не пью крепкого спиртного. В общем, мне совершенно не в кого и не с чего было бы сходить с ума, если бы мне не попытались в этом помочь.

ххх

На первом этапе подключения к чужому сознанию не последнюю роль играет компьютер. Изначально мне взломали доступ к ПК и всем моим аккаунтам, включая e-mail. Хотя для подключения это, в сущности, не обязательно: главное — возможность наблюдать через экран компьютера за своей жертвой, оставаясь для нее невидимым. Дальше — дело техники. Жертву начинают вводить в транс.

Из общения с голосами я поняла, что при этом в ход идет некая аппаратура, которая позволяет как бы включать транс и направлять его на жертву. Эффекты получаются разными. Перед тем, как ввести человека в измененное состояние сознания, его, выражаясь на сленге этих эсэсовцев, долбают. Сами себя эсэсовцы непритязательно называют долбоёбами. Долбежка может быть довольно болезненной, — это зависит от того, с какой мощностью ее включают. Ощущение такое, что тебя бьют электротоком. Бьют, в основном, по разным участкам коры головного мозга, которые отвечают за разные виды деятельности, эмоционального состояния и управляют всеми органами тела.

ххх

Делается это для того, чтобы уничтожить личность жертвы. Первые два месяца долбежки еще стараются подсластить пилюлю. Постоянно держат тебя в трансе, пичкая затейливыми историями наяву и показывая во сне забавные картинки. Очень может быть, что наркоманы смотрят подобное «кино». На самом деле их фокусы рассчитаны на то, чтобы любой ценой привлечь и удержать внимание жертвы, а затем лишить ее воли.

И еще: в этот период потрошат твою душу. Так что ни в сознании, ни в подсознании не остается ни одного тайного угла, куда бы ни сунулись крысиные рыла твоих мучителей. Хорошо еще, если, выпотрошив без остатка, они до конца так тебя и не поймут. Потому что четкие ориентиры в лабиринтах твоего мозга для них означали бы возможность додолбать тебя до самого нутра. Перефразируя афоризм из одного милого старого фильма, замечу: в наше агрессивное время порой счастье — это когда тебя НЕ понимают. Или хотя бы недопонимают. Потому что иначе ты погибнешь.

Как тебя пытаются «выдолбать» из тебя самой

После пары месяцев долбежки начинается стадия внушения. На этом этапе задача новых эсэсовцев в том, чтобы оборвать твою связь с предками, со всеми и всем, что тебе дороже всего на свете. Чем им мешают твои предки? Да тем, что зомби становится позором своего рода. Это самый ничтожный финал, к которому только может привести многовековое развитие генетического типа личности. Так что генная память потенциального зомби страшно мешает фашистам, занятым его изготовлением.

В моем случае им еще невероятно досаждает божий дар, который они у меня обнаружили. Я не в курсе, что именно они видят, подключившись к чужому сознанию, но каким-то образом перед ними вырисовывается некая картина личности. Увидев мою, кто-то из долбоебов признал:

«Его (то есть меня — Т. Л.) не должно быть в долбомашине. Он никуда здесь не годится. Его подставили».

Сначала может показаться, что среди них есть и сочувствующие, но это отнюдь не так.

«Ты, который говорит сейчас со мной, ты — недоумок и выродок!» — резюмировала я свое отношение к эсэсовцу, который именовал себя гипнотизером.

Это была та самая мразь, которая с гадливой вкрадчивостью гасила свечи перед портретами моих предков. Стоило ему выйти, как я зажгла свечи снова… Дело было во сне. Но, видите ли, сны здесь непростые. Их основу загружают в твое сознание, как будто через флэшку.

Правда, повороты сюжета часто зависят от того, как ты там, во сне, себя поведешь. Это внушение на уровне «тонкого» тела, то есть подсознания. Штука особенно опасная для тех, кто плохо им управляет. Постепенно такие навыки можно развить. Хотя… В мирных условиях они, пожалуй, ни к чему.

ххх

Представляете, своих собственных снов я не вижу уже 5-й месяц. Пятый месяц моей «обработки», которой меня невероятно измучили. А внешне все это выглядит так, как будто живешь в привычных условиях, и как будто ничего не изменилось.

«…Все те же чашки-ложки, Все та же в кране вода, Все тот же стул без ножки…».

На самом деле мир перевернулся вверх дном. За это время мне то давали установки на суицид, то долбали «в зомбомашину», то «в дуру». Все это выражения из лексикона фашистов. «Долбать в дуру» означает: доводить до дурдома. Один или двое из долбоебов в этом деле профи, что я не раз отмечала в процессе нашего наижутчайшего общения. Этакие психиатры наоборот, заточенные на то, чтобы из психически здоровых людей делать больных. И между прочим, не факт, что больных психически. В долбомашине можно задолбать и по-другому — например, до инсульта или инфаркта.

ххх

Да, сердце. Любят они поэкспериментировать и с ним. Вот что проделали со мной в другом сновидении: предложили положить руку на мой пульс и — остановить сердце. Сказано-то это было во сне, но рука, пульс и сердце — реальные, живые. Попытавшись это сделать (мое тонкое тело тогда еще было совсем бестолковым!), я почувствовала острую боль в груди. На следующий день короткий сердечный приступ повторился.

Во сне и наяву внушить они пытаются ой как много. Они рассчитывают — ни больше, ни меньше — сделать тебя другим человеком, и называют это: «стать самой собой». Что на фашистском диалекте означает: стать зомби.

Трусливый фашизм

Кто-то вроде начальника долбоебского подразделения сказал мне по поводу происходящего:

«У нас нет прав на то, что мы делаем. У нас есть на это полномочия».

Отработав несколько вариантов ответа на вопрос «кто они?», я остановилась на единственно правдоподобном. Объясню. Уже пять месяцев моей «обработкой» почти круглосуточно занимается целая команда. Голоса подключаются к моему сознанию буквально по сменному графику. За одним следует другой. Ни одному частному вмешательству такой напор не под силу и… не по средствам. К тому же воздействие ведётся по четко отработанной технологии. Получается, дело поставлено на конвейер. Можно ли сомневаться, что это делают представители российских спецслужб?

Едва ли. Однозначно и то, что преступления против человечности, жертвой одного из которых я стала, совершаются на средства государства. Мне не известно, как нечто подобное организовано на других территориях РФ. Я знаю лишь то, что в Березовском городском округе Свердловской области спецслужбы действуют как карательный отряд или репрессивный аппарат.

Теперь мне абсолютно ясно, почему я попала под их их дистанционное воздействие. Меня толкнули в человеческую мясорубку за то, что в своем блоге я посмела написать статью о незаконном решении судьи Березовского городского суда Свердловской области Коркиной по моему гражданскому делу. Почему я уверена, что моя «обработка» связана с этой статьей? Во-первых, подключение к сознанию произошло в декабре 2017 года, сразу же после того, как были взломаны все мои аккаунты и удалена из блога упомянутая статья. Во-вторых, в ходе долбежки голоса не раз требовали, чтобы я удалила пост о судебном разбирательстве и со страницы в Фэйсбуке.

ххх

Оказавшись в этом аду, я думаю: сколько лицемерия в помпезных парадах на день Победы, которые проходят в российских городах! С какой горечью воспринимаешь такую помпезность, зная, что внутри страны существует настоящий фашизм. Причем он еще подлее немецкого, потому что тот, по крайней мере, действовал открыто.

Нынешний российский фашизм захватывает власть исподтишка — лицемерно, трусливо, поэтому он еще опаснее. Его трудно поймать за руку. Чиновники, к которым в такой ситуации обращаешься за помощью, смотрят на обращения сквозь пальцы. Хотя за оставление человека в опасности в России предусмотрено уголовное наказание, но соответствующий закон, как и многие другие, существует лишь формально.

ххх

Да, я знаю, что нахожусь в опасности, потому что столкнулась с применением нового психотронного оружия. В 90-е на территории России его употребление было остановлено. Мне даже попадалось на глаза обращение группы ученых к тогдашнему президенту Ельцину с просьбой запретить использование бесчеловечного средства воздействия на психику людей. Теперь, судя по происходящему, этот запрет снят.

Я никогда не забуду, как в собственной квартире стояла, будто на расстреле, с полным ощущением, что вот-вот могу быть убита. Тем временем мне по голове и почкам лупили рассеянным и при этом не слабым излучением. Но нет, физическое убийство в их планы не входит. Перед отечественными фашистами стоит другая задача:

«Те, кто его заказал, хотели, чтобы он ползал на коленях, умоляя о пощаде, — объяснил мне один из самых жестоких долбоебов. — Они желали, чтобы он стал скотом и понял, где его место».

В ходе зомбирования этой цели стремятся достичь не только запугиванием. Жертву еще стараются унизить так, чтобы она перестала воспринимать себя человеком, а потом еще… Принялась благодарить за то, что с ней сделали.

«Он не узнает и не поймет, когда ему трахнут весь мозг, — пообещал все тот же фашист. — Но после этого он станет спокойным и довольным. Он больше не будет никого гнобить. Он будет только слушать, что ему говорят в его голове, и выполнять команды. Тогда он уже не станет ни журналюгой, ни копирайтером. Так они (т. е. заказчики — Т. Л.) решили».

ххх

На диалекте российских эсэсовцев «долбежка мозга» — понятие многозначное. Во-первых, это бубнёж в голове у жертвы, который может довести до того, что появляется ощущение, будто кожу твоего черепа затерли до ссадин. Во-вторых, это дистанционная бойня с помощью зомбирующей аппаратуры. В-третьих, это видеоряд, который время от времени прокручивают в твоей голове.

Не буду буквально описывать все, что делают со мной. Приведу условный пример. Представьте человека, который несколько лет назад похоронил своего ребенка. Естественно, об этом становится известно перед зомбированием, когда фашисты потрошат его сознание. Для них такой факт — реальная возможность угробить жертву. Вскоре голоса атакуют ее репликами, типа:

«Ты убийца. Ты убил своего ребенка. А потом пил его кровь».

Нечто подобное жертве транслируют ранним утром, к примеру, в Рождество или на Пасху. Трансляция сопровождается заявлениями о том, что такой праздник — не для убийцы. И так далее в том же духе. В другой раз этого человека, находящегося в полудрёме, какой-нибудь из долбоебов поздравляет с вступлением в ряды зомбомашин и при этом представляется тем самым покойным ребенком. Потом спящей жертве могут показать кошмар с участием родного покойника. Передать кощунственное содержание такого сна язык не повернется ни у одного нормального человека. Но те, кто зарабатывает себе на жизнь долбежкой, к такому смраду привыкли, — именно он их и кормит. Но самое страшное даже не это.

ххх

Вскоре после вышеописанных экспериментов жертву (опять же во сне) начинают прикармливать. То есть пока ты спишь, тебе дистанционно показывают, как долбоебы угощают тебя тортами, пирогами и прочей снедью. Как-то, отказавшись во сне от предложенной порции, я проснулсь и пробормотала:

«Да что у них там у всех — булимия, что ли?».

Потом выяснилось: оказывается, кормежкой тонкого тела у жертвы вырабатывают рефлекс доверия и благодарности к палачам. И по тому, как подсознание жертвы принимает воображаемые подачки, уже можно сделать вывод о ее зомбированности. Говорят, готовые зомби радостно жрут из рук своих палачей, несмотря на то, что те оскорбили их самих, их близких, оскверняли память их покойных родных… Казалось бы, всего лишь сны. Но именно так ломают психику людей, как бы их ни называли — зомби, мазохистами или просто лохами.

Их крышует государство

«Долбали и будем долбать, — обещали фашисты. — Брать его не надо было, это факт. А раз уж взяли, теперь надо его угробить. Иначе он со своей статьей нас в покое не оставит».

Я не выдерживала, заговаривая с ними, чего делать нельзя. Но это помогло понять, в чем дело. Теперь точно знаю: это люди из спецслужб. Меня им действительно заказали.

«Теперь уже долбоебы не могут остановиться, — пояснил один из них. — Так хотят кровушки его напиться души их алчные».

Такой, вот, у них «шоколад» — с кровью человеческой.

ххх

Российские эсэсовцы страются внушить своим жертвам, будто у них остается лишь два пути — стать зомби или стать психом. До недавних пор я еще сомневалась: не вранье ли — все россказни о зомбомашинах? Теперь само время дает ответ на этот вопрос. Шесть с половиной месяцев «обработки» психически здорового, ни в чем не повинного человека говорят сами за себя.

«Зомбомашин еще не так уж много, но уже не так уж и мало», — бубнят долбоебы со свойственной им неопределенностью.

Что же на самом деле происходит? В системе (она же — долбомашина) делают все, чтобы превратить жертву в управляемого биоробота. Именно для этого взламывают сознание, роются в твоих мыслях и твоей душе. В 21 веке здесь не придумали ничего умнее, чем убивать в человеке личность и делать из него зомби для выполнения «спецзадний», на которые в здравом уме не согласится никто. Здесь у человека нет никаких прав. Здесь пытаются уничтожить самое ценное — его разум и душу. Похоже, что зомби готовят для шпионажа, шантажа, еще каких-то грязных дел. Те, кто отдает им приказы, воспринимают зомбированных людей как расходный материал.

Все шесть с половиной месяцев долбежки я не перестаю против нее протестовать и категорически отказываюсь иметь какие-либо дела с мразями, которые насилуют людей. Говорят, другим долбомишеням дают возможность хотя бы относительного выбора. Мне такой возможности не оставляют по той причине, о которой я писала выше. Мне мстят, мне затыкают рот, меня хотят лишить моей профессии и личности.

За то, что я здесь пишу, представители спецслужб угрожали мне расправой — обещали «вынести весь мозг без остатка» и отдать команду, отказавшись от выполнения которой, я, по словам фашистов, должна была бы до получаса испытывать адскую головную боль. Так, объяснили мне, происходит со всеми зомби. Людей, которые не выдерживают нечеловеческой боли и отправляются туда, куда их посылают, зомбируют уже окончательно. После этого они перестают быть людьми, становятся управляемыми биороботами. Им запрещают говорить о том, что с ними сделали, и они уже не личности, чтобы нарушить этот запрет.

А все для того, чтобы кто-то наживался за счет загубленных зомбированием человеческих душ. Это реально шоколад на крови.

ххх

Позже один из фашистов — судя по голосу и речи, уже немолодой, — уточнил:

«Насчет адской боли — это перебор. Нет ее теперь. Вот раньше, бывало, стукнут человека дубинкой по голове и наговаривают ему зомбирующие установки. Я сам это делал. Теперь зомбируют почти также, только без адской боли. А зачем? Они и так все идут в зомбомашины, потому что под гипнозом». «Для чего это делается?» — спросила я. «Это не столько экономика, сколько политика. Зомби такой х…ней занимаются…».

Кое-что о технологии зомбирования

Самый волнующий вопрос: каким образом фашисты из спецслужб проникают в сознание человека, чтобы общаться с ним и слушать его мысли? Мне удалось это выяснить лишь в общих чертах.

Метод основывается на колебаниях коры головного мозга и сердечных ритмах. Дело в том, что мозг работает на малом количестве электрической энергии, действуя наподобие компьютера. Люди превращаются в подобия кентавров, о чем Эрнст Неизвестный когда-то писал в позитивном смысле. Мы — кентавры, соединенные со своими компьютерами. Владея нужным методом, аппаратурой и психологическими «якорями» (они служат, чтобы зацепиться за самые волнующие для нас темы), можно подключиться к любому сознанию.

Сейчас этим занимаются российские спецслужбы, о чем пока мало кто знает. Поэтому подключенных — жертв преступников — многие воспринимают как чокнутых, крейзи. Ведь посторонние голоса, звучащие в голове, считаются признаком шизофрении.

На самом же деле при подключении к сознанию кору головного мозга используют примерно как мобильную сеть. Собственно, такой способ зомбирования и напоминает превращение человека в гаджет, которым пытаются управлять на расстоянии.

При дистанционном прослушивании мысли подключенной жертвы трансформируются в устную речь. То есть спецслужбы не читают их, как принято называть этот процесс у фантастов, магов и проч., а именно слушают через специальные наушники.

Каким образом жертва слышит своих мучителей, понять проще. Врачи-отоларингологи, например, отлично знают, что существуют два вида слуха — ушной и костный. Все люди воспринимают звуки не только ушами, но еще и костями черепа, а также мягкими тканями головы. При подключении к сознанию используют именно костный слух. Так что у жертвы подключения посторонние голоса звучат не В голове, как это происходит у шизофреников, а НА голове. Правда, звучат они очень тихо, окружающие их услышать не могут.

Само подключение ощущается как невидимая сеть, которую тебе набрасывают на макушку. Человека при этом, как правило, застают врасплох. Пока жертва не понимает, что с ней происходит, она не имеет представления и о том, как уменьшить воздействие психотронного оружия. Этот период полной неосведомленности особенно опасен, потому что сознание подключенного человека намеренно «затуманивают» специальными средствами. Внешне может быть даже незаметно, что жертва находится в измененном состоянии сознания, но это именно так.

Что касается меня, то постепенно я стала догадываться, как уменьшить воздействие сигнала, направляемого к моему сознанию через ноутбук и мобильник. Сделать это удается с помощью определенных физических приемов, один из которых, например, — интенсивный массаж головы. Есть и другие способы. Суть в том, что никакие экстрасенсы, психологи и психиатры здесь ни при чем. Обращаться к ним бессмысленно (я этого и не делала), поскольку о подключении к сознанию такого рода специалисты знают гораздо меньше, чем сами жертвы.

Психотронное оружие, которое используют спецслужбы, «бьёт» по голове определенным сигналом, который, конечно, невидим. Невидима и разновидность мобильной сети, которую при этом «устанавливают» жертве на макушку. Несмотря на то, что все элементы подключения невидимы, они абсолютно материальны, как материальны радиосигналы или сигналы сетей всем привычной сотовой связи.

Уменьшая агрессивное действие сигнала, приходишь в себя, сознание снова становится ясным, «морок» рассеивается. Однако это не избавляет от самого подключения: ты по-прежнему слышишь назойливые голоса посторонних. В каком-то смысле с проясненным сознанием в этой ситуации становится еще тяжелее, потому что теперь понимаешь весь ужас того, что с тобой происходит. Но, разумеется, это несравнимо лучше, чем сходить с ума с головой, словно набитой ватой, не осознавая толком чудовищного насилия, которому ты подвергаешься.

Покушение на душу

А чудовищность его не только в назойливом контакте незваных «гостей» с твоим сознанием, но еще и в их намерениях.

Дело в том, что, в отличие от компьютерной программы, человека моделируют (то есть зомбируют), обрабатывая его душу. В ход идут все его воспоминания, начиная с раннего детства. Вот что, например, недавно пришлось испытать мне. Пока спала, из моего подсознания «выловили» портрет моей юношеской любви, страдания по поводу которой, наверно, до сих пор помнят стены общаги журфака. Образ этого человека эсэсовцы внедрили в мой искусственный сон и… заставили его начитывать молитвы, оскверненные кощунством. Еще не успев проснуться, я крикнула в ужасе:

«Кого это вы мне подсунули???».

А на одну из христианских молитв, которые я читала наяву, фашисты наложили зомбирующие установки, и тоже стали «прокручивать» их в моем искусственном сне, обращаясь к подсознанию. Так они опошляют и оскверняют все, даже самое святое.

ххх

«Брось ангела оземь!» — гундосил мне один из выродков.

Он имел в виду маленькую икону, которая есть у меня дома. Российские эсэсовцы ненавидят Бога. Зато любят вспоминать пропагандистские выражения совковой поры — типа, «богоборчество», «иконоборчество». Каково же, зная об этом, наблюдать руководителей нашей страны на богослужениях, с церковными свечами в руках… Что это — лицемерие или неосведомленность о том, что происходит с их согласия?

А не мешало бы им, начальникам России, услышать рассказ о «подвигах» представителей спецслужб, наделенных потрясающими полномочиями. Воспроизвожу то, чем постарались впечатлить меня эти фашисты одним прекрасным утром. Только предупреждаю: от этого может стошнить, так что приготовьте пакет, если что…

«Одному зомбомашине (т. е. мужчине — Т. Л.) мы сказали, чтобы он тр…ул Богоматерь, что у него на иконе, — гнусно зудел голос выродка. — Мы сказали, что отпустим его и перестанем долбать, если он сделает это».

Далее последовало сообщение, что представители российской спецслужбы стали воздействовать дистанционным сигналом на половые органы несчастного. Поясню: они могут и это, поскольку направляют сигналы на определенные участки коры головного мозга, которые соответствуют тем или иным частям тела.

В результате человек, доведенный государственной спецслужбой до безумия, выполнил команду. Конечно, его не отпустили, а напротив, вскоре сделали настоящим зомби, живым мертвецом.

ххх

«Когда зомбируемых людей лупили по голове дубинками, у них отнимали только волю. Интеллект оставляли, — продолжал немолодой эсэсовец. — Они не выдерживали адской боли, шли туда, куда звал их голос, и совершали то, что от них требовалось. Потом их мучили угрызения совести. А теперь зомбомашин не только лишают воли, — им выносят мозг. Так что большинство из них даже не понимают, что они делают, зачем и почему. Им внушают, что так надо».

Другая деталь: прежде зомбировали преимущественно мужчин, теперь же чаще всего в ход идут женщины. Втягивая в систему, долбоебы считают их «безголовыми курочками». А бывает, зловеще шутят, называя себя Пигмалионами, выдалбливающими Галатей. Эту процедуру также называют «выдалбливанием из самой себя». Долбомишеням внушают, что они не должны быть «так затраханы на самих себе», им нужно думать о других — то есть о тех, кто лишает их личности ради своих целей.

Все, кто дистанционно подключается к сознанию других людей, по натуре — манипуляторы и садисты. Они чудовищно глумятся над «безголовыми курочками», убивая их души. Эти эсэсовцы рассказали мне, как потом унижаются зомби, как становятся пародиями на самих себя прежних. Жертвам, попавшим в ловушку, выдалбливают, как здесь выражаются, «дар подчинения», а точнее, усиливают его задатки. Для этого используют немало специальных приемов. Кроме тех, о которых я уже говорила, существует такая мерзость, как «пристройки».

С ними я знакома по своему опыту. Пристройка — это подонок, который подключен к тебе почти постоянно. Его задача — понять тебя, по крайней мере, на поверхностном уровне, научиться копировать твою речь со всеми ее индивидуальными оборотами, и не просто слышать, а отчасти даже предугадывать твои мысли.

Системе это требуется для того, чтобы, подстроившись, фашист стал подсказывать тебе твои же слова, а затем и определять твои мнения, принципы, действия. Постепенно копирование должно переходить в коррекцию мышления и поведения «безголовой курочки».

Я то одергиваю, то матерю этих паразитов в пристрое. Но до сих пор еще не путала их с самой собой. Другие же, как рассказывают, постепенно подчиняются голосу пристройки, делают все, что он прикажет, то есть становятся полностью управляемыми. Это такое состояние, когда человек просто не успевает о чем-то подумать сам — за него думает пристройка. Сознание жертвы заполняется словами пристройки, так что для собственных мыслей в голове уже нет места. В итоге от зомби остается только его оболочка. Зомбируемого человека действительно выдалбливают из самого себя, чтобы чтобы использовать как биологическую машину.

Именно это пытаются сделать со мной, несмотря на то, что у меня, по словам долбоебов, «нет никакого, ну прямо ни-ка-ку-ще-го «дара подчинения».

«Он (то есть я — Т. Л.) поступил к нам по разнарядке, — говорят они. — Хочешь — не хочешь, а его приказывают долбать».

ххх

Ах, какую кампанию развернули несколько лет назад в России против педофилов. Все правильно, детей надо беречь. Но вот что в некоторых случаях получается и из этой инициативы.

«А не пройтись ли нам по светлым воспоминаниям его детства?» — хрипло тявкнул мне в сознание представитель российской спецслужбы.

И прошлись. Каким бы невероятным вам это ни показалось, подонкам в погонах настолько нечего делать, что они часами выуживают из моей памяти все детали, включая внешний вид платьиц, которые я носила в детстве. Нужно им это не просто так, а ради «спецпроекта» по извращению моего прошлого. Как полагают выродки, которые маются бездельем и безнаказанностью, исказив мои воспоминания, они изменят и мою личность — разумеется, в скотскую сторону. «Идеал», которого они хотели бы достичь, мне известен. К примеру, мои музыкальные вкусы они жаждут заменить на пристрастие к песням вроде «Владимирского централа», мою речь — на разговорную манеру быдла и т. д.

Так вот, платьица и прочие нюансы сотрудники спецслужбы используют для пущего правдоподобия гнусных картинок, которые они передают в мои сны из собственных извращенных сознаний. Еще эти подонки бормочут чудовищные сальные мерзости, которых не произнес бы вслух ни один нравственно здоровый человек. Прежде я не встречала людей, на такое способных, и даже не знала, что подобные существуют среди официально вменяемых.

Оказывается, метод у них уже отработан на моих предшественницах. Счастливые детские воспоминания своих жертв они замещают кошмарами, а именно: внушают женщинам, что когда-то давно их изнасиловал и развратил педофил. Для чего? А все для того же: чтобы они почувствовали себя неполноценными, униженными, сломленными. Именно до такого состояния нужно довести человека, чтобы сделать из него покорного зомби.

Вопрос «из зрительного зала» главным действующим лицам кампании по борьбе с педофилией: а не упростить ли вашим спецслужбам задачу? Может, дать педофилам спокойно делать с детьми то, что ваши уполномоченные впоследствии внушают взрослым? Правда, тогда драгоценным спецам в погонах совсем уж нечем будет заняться, к тому же они лишатся своего изощренного удовольствия — какать в чужие души… Что касается их собственных, то им уже никакая ассенизация не поможет.

Как убить журналиста

Я упомянула о намерениях преступников изменить мою речь… Вообще-то это главная тема спецпроекта, направленного на понижение моего уровня. Представьте себе, сотрудники спецслужбы, орудующие в Березовском городском округе, одержимы маниакальной идеей: сделать безграмотной мою устную речь, но самое главное — письменную. В сущности это и есть их основное спецзадание. Смешно? Еще бы, до слёз.

Когда я сплю или дремлю, через свою спецсвязь фашисты начитывают мне шизофренические фразы и даже целые тексты, написанные с явными нарушениями логики. Когда бодрствую, стараются засорить мое сознание исковерканными словами. Долго и безуспешно пытались вбить мне в голову несуществующее словечко «ложить» и т. п. А сейчас стараются, по крайней мере, опростить мой способ выражаться, заменяя, к примеру, слово «заодно» на искаженное «заодним», и т. д.

ххх

Временами эсэсовцы проговариваются о том, что на официальном языке называется секретной информацией. Делают они это для привлечения внимания, а главное — для запугивания. Время от времени государственная спецслужба имитирует ситуации, которые должны вызывать у ее жертв жуткую панику. В чем эта паника проявится — вопрос интересный. Кто-то посреди ночи в ужасе выбежит на улицу и закричит: «Помогите!». Потому что голос в его голове проверещал примерно следующее:

«Рано утром тебе вынесут мозг и зазомбирут окончательно. Тебе надо срочно бежать, потому что это будет бойня. Это страшно… Это страшно…».

У кого-то будет другая реакция: он заберется на крышу своей многоэтажки и спрыгнет вниз, потому что голос в голове морочит и запугивает его не впервые, — это происходит то и дело, его намеренно, нудно, долго и постоянно сводят с ума. И однажды могут свести.

Нельзя сказать, что суициды — цель долбежки, скорее, ее издержки. И все же долбоебы не брезгуют прямым доведением жертв до самоубийства. Как многие другие внушения, установки на суицид стараются делать утром, когда жертва находится в полудреме, то есть в состоянии естественного транса. Мне такие установки давали не раз. То мягко убеждали повеситься:

«Это совсем не страшно, нужно только приспособиться».

То предлагали записать название таблеток, приняв горсть которых, можно без боли, во сне, «благополучно» отправиться на тот свет. Впрочем, садисты не исключают, что жертва не довесится — не дотравится и в итоге попадет в психушку. Это-то и есть одна из основных целей долбежки — искалечить человеку жизнь, изгадить его репутацию, доведя до дурдома. Зомбирование же позволяет некоторое время еще и попользоваться жертвой.

«А чтоб не трахал людям мозг своими статьями», — эту фразу мне вдалбливают почти каждый день.

Или, как вариант:

«А чтоб не трахал людям мозг своим трахом».

Так что берегись, перфекционист. Если привык доводить начатое до конца, тебя здесь не пожалеет никто.

ххх

Одна из целей долбежки — избавляться от неудобных людей, доводя до психического расстройства. Другая — ставить неугодных на колени, подчинять себе их волю и разум. В обоих случаях, как задумано, жертвы должны лишаться личности. Кто еще при дистанционном воздействии спецсигналом падает на колени, умоляет мучителей о пощаде и готов на все, — того можно сразу использовать как зомби. Об этом мне проговорился долбоеб. Падшие на колени люди, в самом деле, могут заниматься шпионажем, сбором компромата, лжесвидетельствованием и т. п. Безусловно, фашистам хотелось бы опустить таким способом вредную журналюгу, а не выходит, не выходит…

Ну что ж, кое-до-чего вредную журналюгу все же додолбали. Поясню. По «странному» стечению обстоятельств сотрудники спецслужбы подключились к моему сознанию непосредственно после того, как я написала от своего имени отрицательный отзыв на сайте «Судьи России» в адрес судьи Яны Сергеевны Коркиной и добавила к нему ссылку на свою страницу в Фейсбуке. Уже тогда наверху страницы находился мой пост о Березовском горсуде. Теперь этот пост соседствует с описаниями моих нынешних злоключений, прочитав которые, кто-то, возможно, подумает:

«А журналюга-то — ку-ку. Стоит ли воспринимать всерьез ее заметки о несправедливости конкретного судебного решения и критику росссийской судебной системы?».

Но повторю: подключение к сознанию, прослушивание мыслей и дистанционные внушения — все это есть, все это правда. А неосведомленность большинства людей о таких методах обработки — отличное основание для того, чтобы извратить мнение о жертве подключения, грохнуть ее деловую и личную репутацию. Конечно, все, о чем я здесь пишу, — самые настоящие уголовные преступления. Совершаются они с большой жестокостью. Только доказать их самостоятельно невозможно, для этого нужны технические средства того же класса, что и психотронная система, которую используют российские фашисты.

ххх

Думаете, вас это не коснется? Ошибаетесь. Сейчас эту страну изнутри втягивают в такую грязь, в какой она еще не бывала никогда. Просто потому, что прежде не было таких скрытых технологий.

То, о чем я здесь пишу, по-настоящему можно понять, только если это пережил. Я продолжаю переживать нечеловеческое состояние, при котором все мои мысли прослушиваются. Я продолжаю испытывать воздействие психотронным оружием и продолжаю изо всех сил сопротивляться.

Мне хотелось бы, чтобы этот текст прочитало как можно больше людей, но свердловские спецслужбы стараются закрыть мне доступы ко всем соцсетям, кроме Фейсбука, и ко всем блогам. В интернете за мной буквально ходят по пятам, чтобы я не писала того, о чем знаю я, и о чем, по мнению подонков, не должно знать большинство российских граждан.

Если среди вас найдутся неравнодушные люди, прошу опубликовать эту статью на ресурсах, где она будет доступна для многих.

Рабыни внутренних дел

Главная правда этой истории вот в чем. В России запрещена смертная казнь. Зато легализовано убийство ни в чем не повинных людей.

Меня 9-й месяц медленно, методично пытаются угробить. Мне не дают спокойно работать и даже спать. Меня не удалось довести долбежкой ни до суицида, ни до дурдома, поэтому теперь меня пытаются взять измором. Будят уже через пару часов после засыпания речами, которые по-прежнему звучат в моем сознании. Эсэсовцы не оставляют меня в покое круглые сутки, ни днем ни ночью. У них даже есть в отношении меня припевка, которую они повторяют время от времени:

«И нет ему ни снов, ни отдыха, ни покоя».

Способы, которыми на меня воздействуют, доказывают: спецслужбы именно зомбируют людей. По словам фашистов, которых я вынуждена слышать почти постоянно, ДЕЛАЕТСЯ ЭТО ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ КОГО-ТО УГРОБИТЬ ИЛИ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ПОЧТИ ДАРОВОЙ ТРУД, СВЯЗАННЫЙ С НАРУШЕНИЕМ ЗАКОНА, РИСКОМ ДЛЯ ЗДОРОВЬЯ И ЖИЗНИ. ЗОМБИ, ЛИШЕННЫЕ ВОЛИ, ИНСТИНКТА САМОСОХРАНЕНИЯ И СОБСТВЕННОЙ ЛИЧНОСТИ, УЧАСТВУЮТ В ИМИТАЦИИ РАССЛЕДОВАНИЙ, СТАНОВЯТСЯ ИНСТРУМЕНТАМИ ДЛЯ ФАБРИКАЦИИ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ, ФАЛЬСИФИКАЦИИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ И ОБВИНЕНИЯ НЕВИНОВНЫХ. А УБИЙЦАМ ИХ ЛИЧНОСТИ, ПРЕСТУПНИКАМ ПОД КРЫШЕЙ ГОСУДАРСТВА, ДОСТАЮТСЯ ЗВАНИЯ, ДЕНЬГИ И ВСЕ БОЛЬШАЯ ВЛАСТЬ.

По своему опыту я точно знаю, что это делается в Березовском городском округе. А фашисты из спецслужб утверждают: людей зомбируют по всей Свердловской области и в некоторых других регионах России. У НАС РЕАЛЬНО СУЩЕСТВУЕТ РАБСТВО. Причем оно основано даже не на крепостном праве, а на полном бесправии зомбированных людей.

Зомби молчат о своей гибели, молчат о тех, кто убивал в них личность. Я хорошо знаю, какими способами спецслужбы добиваются этого молчания. Мне тоже пытаются заткнуть рот, угрожая в том числе и физическим насилием. Но если потянуть за определенные нити, уральских неофашистов не так уж трудно было бы вычислить.

Вчера, на грани засыпания, я услышала текст, который, как мне сообщили, уже не впервые методично вдалбливают мне во сне, обращаясь к подсознанию. А текст такой:

«Судей нельзя судить. У тебя нет своего мнения. Ты не можешь иметь своего мнения. У тебя нет больше имени и фамилии, которыми тебя называли прежде. У тебя нет больше той жизни и того мира, из которого ты пришла. Ты там больше не нужна. Теперь у тебя другой мир и другая жизнь. У тебя нет больше права голоса. Ты не можешь сама принимать решения. У тебя нет больше права на выбор кого бы то ни было — ни президента, ни судьи, ни глав районных администраций. Ты не имеешь своих убеждений. Ты уже не та, за кого себя принимаешь. Ты — другой человек.».

ххх

Все это время меня интересует вопрос: по какой статье расходов проводятся деньги, которые идут на зомбирование? Представьте, меня 9-й месяц круглосуточно, буквально по сменам «обрабатывают» одни и те же подонки. Таким преступлением занимается целая бригада. На это явно выделяются огромные средства, потому что за среднюю зарплату никто не согласился бы на мерзости, которыми занимаются фашисты из спецслужб. Они убивают людей, причем не преступников, а тех, кто оказался слишком доверчивым, или кое-чем не угодил представителям власти.

Эсэсовцы озвучили мне такую версию: для получения финансирования из федерального бюджета зомбирование проводят как ПСИХОСОЦИАЛЬНУЮ КОРРЕКЦИЮ людей асоциальных. Похоже, я отдуваюсь чуть ли не за весь уголовный мир Березовского городского округа. То есть преступников на самом деле не трогают, а «корректируют» меня, причем такими чудовищными методами, которые способны из нормального законопослушного человека сделать преступника. С черным юмором я говорю о происходящем: «Мне устроили курсы понижения квалификации». И знаю, что злоумышленникам действительно хотелось бы опустить мою квалификацию ниже плинтуса, потому что моя профессия и мои статьи мешают им спокойно наслаждаться своим шоколадом на крови.

Жертв вроде меня называют строптивыми, норовистыми. Собственно, в этом и заключается наша «вина». Что же касается способа убийства, то он гораздо страшнее физического. Во-первых, потому что таким способом можно напрочь уничтожить личность, то есть душу человека, сохранив при этом его оболочку — физическое тело. Во-вторых, потому что в России такие преступления крайне трудно доказать, так как убийства ведутся скрыто, с использованием новых технологий, о которых пока ничего не известно широкому кругу людей.

А последствия подобных преступлений намного тяжелее последствий физической смерти. Потому что прежде, чем привести личность к гибели, ее оскверняют, смешивают с грязью. Палачи не стесняются оскорблять память покойных родных своих жертв. Кроме того, после физической смерти человека, которой его подвергали в те же 30-е годы прошлого века, о нем часто оставалась светлая память. Спустя много лет репрессированных чаще всего реабилитировали. Что может остаться после зомби? Воспоминание окружающих о том, что в последнее время он был «не в себе»?

Если бы только это. Мне рассказали, как убийцы собирались глумиться надо мной после моей предполагаемой духовной гибели. В этом случае меня ждали бы провокации, внушения, попытки чудовищно оболгать меня саму, мою жизнь и жизнь моих близких. Злоумышленникам хотелось бы не только убить меня как личность, но еще и опозорить — вынудить лжесвидетельстовать, давать ложные показания, сути которых, как мне говорят, я уже была бы не в состоянии понять.

ххх

Жертвам зомбирования вдалбливают в сознание и подсознание чудовищные слова и кошмарные изображения. Как уже писала, я 9-й месяц не вижу собственных снов — их заменили навязанные мне фантазии людей, у которых явно есть психические отклонения. У меня таких отклонений нет, несмотря на весь тот ад, через который я вынуждена пройти. Но что будет дальше? Мои палачи не собираются останавливаться. Они не стеснены в государственных деньгах, которыми хорошо оплачивается покушение на мое убийство, и уверены в своей безнаказанности.

«Не он первый и не он последний», — говорят обо мне долбоебы.

Между тем, доказать покушение на убийство, обнаружить его заказчиков и исполнителей было бы несложно, если бы этим занялись компетентные специалисты. Знакомый компьютерщик, едва взглянув на монитор моего ноутбука, обнаружил неизвестную ему беспроводную сеть (все, кроме нее, он прежде наблюдал). Теперь я знаю, что именно через эту сеть преступники заходят в мой компьютер.

Спецслужбы не очень-то скрывают свои IP-адреса, проникая в мои аккаунты. Многие из их следов видны невооруженным глазом даже мне — гуманитарию, а отнюдь не айтишнице. Представители же государственной власти на мои обращения с просьбами расследовать преступление перестали отвечать даже филькиными грамотами. Логично. Не арестовывать же им… самих себя.

Мысли по поводу

Переворошить все человеческое нутро, пролистнуть все моменты жизни, просмотреть все твои привычки, воспоминания, боли, радости, даже постараться вникнуть в твое мировоззрение и отыскать его первопричины. Пытаться перевернуть гигантскую глыбу человеческой жизни и души так, чтобы свести все это… к минимальному набору опций. Ты знаешь, что это невозможно. Тебя скорее убьют физически, чем доведут до такого маразма. Но этого не объяснить психопатам, которые набили руку, превращая в реальность свой болезненный бред.

Потому-то нормальным людям, не столкнувшимся с такой бедой, трудно поверить, что все это — правда. У них логика людей со здоровой психикой. Логика параноидального и шизофренического бреда им непонятна, он кажется им неправдоподобным. Но вот в чем дело: бред психически больных, бред маньяков реализован в этой стране, и реализован под крышей государства.

ххх

Повышать пенсионный возраст и наращивать налоги, объясняя это тем, что денег в казне не хватает??? А вот на такую мерзость и пошлость, как надругательство над человеческой душой, государственных денег не жалко???

Паразитирование на человеческих жизнях и сознаниях в этой стране оплачивается куда лучше, чем полезный обществу труд. Паразиты, которые гробят людей, которые мешают заниматься реальным ДЕЛОМ и не приносят миру ничего, кроме чудовищного вреда, у этого государства — в фаворе. Им предоставлены, по сути, неограниченные полномочия. Мне глубоко стыдно за такое государство. Если бы могла, я давно бы отсюда свалила.

Информация, которая многое объясняет

В КАЧЕСТВЕ ОПЕРАТИВНО-ПОИСКОВОГО БЮРО ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ В СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ ДЕЙСТВУЕТ СИСТЕМА ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ

В системе органов внутренних дел РФ существует одна из самых засекреченных структур — Оперативно-поисковое бюро (ОПБ). Считается, что его деятельность регламентируется определенной нормативно-правовой базой. В действительности суть «регламентирования» в том, что представителям этой структуры российское государство дает право на такие мероприятия, как скрытое наблюдение за реальными и потенциальными преступниками, прослушивание их телефонов, компьютеров, помещений. Но кого считают вероятными преступниками? Прошу обратить особое внимание на этот вопрос, потому что ответ на него крайне важен.

Потенциальными преступниками ОПБ разрешается считать ЛЮБЫХ фигурантов судебного процесса. Их, фигурантов любого судебного процесса, судья имеет право рекомендовать Оперативно-поисковому Бюро органов внутренних дел для так называемой «разработки» — то есть для скрытого наблюдения, прослушивания и прочих оперативно-розыскных мероприятий. Еще один принципиальный вопрос: что скрывается за формулировкой «оперативно-розыскные мероприятия»?

Ответ на него представляет собой строго засекреченную информацию. Российским СМИ известно лишь то, что ОПБ используют новые, скрытые технологии слежения и воздействия на преступную среду.

Не в этом ли — объяснение того чудовищного воздействия, которому я второй год подвергаюсь после своего злополучного похода в Березовский горсуд Свердловской области и публикации в блоге статьи о незаконном судебном решении по моему гражданскому делу судьи Яна Коркиной? Не в этом ли — объяснение намеренного сокрытия состава преступления тех, кто целенаправленно покушается на мою жизнь и здоровье? Причем скрывает состав этого преступления не кто-нибудь, а представители органов внутренних дел Свердловской области, которые не раз получали мои официальные обращения с просьбами провести расследование.

Сопоставив информацию о функциях секретных структур ОПБ с тем, что я испытала и продолжаю испытывать, я не могу не связать одно с другим. На сегодня невозможно найти более логичного объяснения тому психологическому насилию и грубому вмешательству в частную жизнь, которому я подвергаюсь круглосуточно.

Побывав в суде в качестве истца по элементарному гражданскому делу против коммунальных служб, я оказалась фигурантом судебного процесса, то есть, по мнению российской государственной власти, потенциальным преступником. Тем самым, за которым особо секретные структуры органов внутренних дел РФ уполномочены вести скрытое наблюдение и, при необходимости, использовать секретные способы воздействия.

Какой необходимостью вызвано то противоестественное дистанционное воздействие, которое оказывают на меня с применением специальной аппаратуры?

Объяснить это можно только намерением представителей государственногй власти РФ помешать мне публиковать правду о вышеупомянутом незаконном решении судьи Коркиной, а также секретную информацию о зомбировании людей на территории Березовского ГО и Свердловской области. Людей, которые, возможно, тоже попали в эту мясорубку как фигуранты какого-нибудь судебного процесса.

Впрочем, могу предположить, что в психический (а порой и физический!) расход пускают не только фигурантов, но и других несчастных, которых ОПБ удается «заарканить» через ноутбуки и мобильные телефоны, плохо защищенные от взлома. Могу также предположить, что при большом желании представители спецслужб внутренних дел нашей родины могут взломать систему любого компьютера и телефона, даже если он суперзащищен от посторонних проникновений.

В этой истории интересен и финансовый вопрос. Прежде, чем преступникам из спецслужбы органов внутренних дел Березовского ГО удалось подключиться к моему сознанию, они около года вели за мной скрытое наблюдение через мобильный телефон и ноутбук. Прослушивали не только мои разговоры по телефону, но и вообще все разговоры и звуки, которые раздавались в моей квартире.

С тех пор, как произошло подключение, воздействие на меня ведется круглые сутки, каждый день. Несложно подсчитать, что более чем за два года на попытки меня угробить представители наших правопожирательных структур потратили не меньше десятка миллионов государственных рублей, а скорее всего, гораздо больше.

Показатели раскрытия уголовных преступлений, которые они обеспечивают, — во многом результат принесения в жертву несчастных людей, которых ОПБ удалось зомбировать и превратить в безропотный расходный материал. Подонки из спецслужбы паразитируют на жизни и здоровье людей (преимущественно — женщин!), сознание которых они изнасиловали методами дистанционного воздействия, а затем и непосредственного гипноза.

Полицаи подставляют своих зомби под нож и удар, подвергают разным видам риска, а порой, как я поняла, вынуждают их самих совершать уголовные преступления.

Преступления фашистов, скрывающихся в засекреченной структуре ОПБ, требуют немедленного расследования. Зомби страшно запуганы, их сознание и подсознание глубоко «обработаны», но этих несчастных нужно спасать. Именно они могут подтвердить факты жестоких преступлений против человечности, которые совершают в Свердловской области представители спецслужб — очевидно, Оперативно-поискового Бюро Органов Внутренних дел.

Татьяна ЛЕСНИКОВА

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s